13,5 миллиона гендиректору, «претендентов нет» вкладчикам: банк Мизрахи-Тфахот и счета 1939 года

13 500 000 шекелей. Такое выходное пособие банк «Мизрахи» утвердил в августе 2004 года уходящему генеральному директору Виктору Медине. По данным израильской деловой прессы, общая стоимость его ухода на пенсию достигла 18,5 млн шекелей. [1]

Через восемь лет, в ноябре 2012 года, банк Мизрахи-Тфахот заплатил Компании по розыску и возврату имущества жертв Холокоста 9,5 млн шекелей за все счета и акции евреев, погибших в Холокосте, «не признавая никакой ответственности». [2] Выходное пособие одного руководителя оказалось больше всего, что банк заплатил за имущество погибших.

Эта статья прослеживает деньги и людей с 1939 по 2012 год по письмам самого банка и по его финансовой отчётности.

58 дней после начала войны

1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу. 3 сентября Великобритания, управлявшая тогда Палестиной, объявила Германии войну. Уже в конце августа вкладчики хлынули в банки; правительство закрыло все банки на три дня и ограничило снятие вкладов. [3]

21 сентября 1939 года правление банка «Мизрахи» решило взять кредит у Англо-Палестинского банка, предшественника нынешнего банка Леуми, под ставку на 2% выше официальной лондонской и не ниже 6%. В залог кредитор получил «общий залог на все его активы и права». На том же заседании правление согласилось, чтобы Англо-Палестинский банк назначил генерального директора, вправе которого будет «решать и утверждать все дела банка, касающиеся кредитов и обязательств, и в этой области ничего не будет делаться без него». [3]

С этого момента банк докладывал кредитору, сколько денег ему придётся вернуть вкладчикам. 24 октября 1939 года исполняющий обязанности директора Вилли Давид писал: «Из этих вкладов, подлежащих выплате до конца 1939 года, есть около 4000 палестинских фунтов, владельцы которых находятся в Польше, и их не нужно принимать в расчёт». [3]

Через пять дней, 29 октября 1939 года, через 58 дней после нападения на Польшу, управляющий тель-авивским отделением Д.Ц. Пинкас отправил ещё одно письмо. Напротив четырёх строк вкладов и текущих счетов в Иерусалиме и Тель-Авиве, всего на 28 000 фунтов, он поставил x и написал: «претендентов нет». [3]

А внизу письма, в примечании, обведённом от руки:

«Вкладчики не могут сейчас востребовать свои вклады, находясь за границей, или не следует ожидать, что они их востребуют по другим причинам».

Какими были «другие причины» в октябре 1939 года для вкладчиков, находившихся в Европе? Письмо об этом молчит. Но оно показывает, что банк не ограничивался общей оценкой. По данным аудиторов парламентской комиссии, к письму были приложены подробные списки тель-авивского отделения с «номерами банковских счетов, именами владельцев, суммами их вкладов и остатками на текущих счетах, а также названием страны за границей, где они находятся, как известно банку». [3]

Что знал банк

Банк знал имена, номера счетов, суммы и страны, и руководство продолжало учитывать эти деньги отдельно.

13 декабря 1940 года банк сообщил надзорному органу за банками: «Сумма 17 255,920 фунта принадлежит счетам, владельцы которых, насколько нам известно, находятся за границей. Значительная часть этих сумм приходится на Россию, откуда их нелегко востребовать в это время». В середине 1940 года г-н Пинкас описал «реальный долг» банка с отдельной строкой: «из них евреям Германии, Польши и Бельгии» 10 177 фунтов. [3]

16 августа 1940 года в протоколе правления № 175 из остатков кредиторов были вычтены 25 960 фунтов «сумм, владельцы которых за границей, умерли, или счетов без движения». С 1940 по 1943 год в протоколах отдельным выделенным пунктом указывался объём вкладов, «которые, вероятно, не будут востребованы», от 43% до 55% всех обязательств. [3]

На том же заседании г-н Пинкас обратил внимание на слова «первоочередной залог», которые он увидел в бланке баланса у аудитора. В протоколе записано: «Все присутствующие считают желательным оформить по образцу Kup.A.», то есть баланса другого учреждения, упомянутого в протоколе, без этих слов. [3]

В проекте годового отчёта за 1939 год сказано, что резервный фонд банка вырос на 1036,978 фунта, «включая сумму, полученную путём аннулирования дивидендов прошлых лет, которые не были востребованы». [3]

Аудиторы комиссии высказали своё мнение: сообщения о деньгах, «которые не будут востребованы или владельцы которых за границей», по их оценке, предназначались «для получения увеличенного банковского кредита у Англо-Палестинского банка», а такое заявление «по сути является заявлением о том, что деньги этих клиентов стали деньгами банка в кассе банка». [3]

Шестьдесят лет спустя

17 мая 2000 года генеральный директор Виктор Медина выступил перед парламентской следственной комиссией Кнессета по розыску и возврату имущества жертв Холокоста. Он сказал, что в банке 255 счетов без движения более десяти лет по состоянию на декабрь 1999 года и что проверка банка не выявила их как счета погибших или их наследников. [4]

19 апреля 2001 года главный юрисконсульт банка д-р Шимон Вайс подписал от имени банка «Мизрахи» документ о принципах внешней проверки счетов в израильских банках. [5]

Проверка в банке шла с декабря 2001 по июль 2003 года; её провела аудиторская фирма «Каспи эт Каспи». Аудиторы начинают отчёт так:

«Хотим подчеркнуть, что на первой встрече с руководством банка нам заявили, что у банка нет никаких материалов, касающихся проверки, и что нам не удастся ничего найти в ходе проверки». [3]

Пенсионер банка, «бывший старший сотрудник», сказал аудиторам, что «у банка вообще не было клиентов из Европы», хотя ему показали книги счетов владельцев, живших за границей. [3]

Что аудиторы нашли в архиве самого банка: десять из четырнадцати подлинных книг акционеров с 1923 года, а в них 309 акционеров с адресами в Европе или с неизвестным адресом; 136 акционеров, заплативших за акции, которые им так и не выделили, и чьи деньги, «по всей видимости, не были возвращены»; книги протоколов с 1937 по 1948 год; 20 переплетённых книг счетов с 1936 года; карточки образцов подписей с пометками вроде «владелец счёта находится в Варшаве». Они составили базу примерно из 8475 записей о счетах без движения и нашли «большое число случаев», когда банк по собственной инициативе закрывал одной проводкой счёт, простоявший без движения от трёх до десяти лет. [3]

В 1939 году руководство банка знало имена вкладчиков и страны, где они находились, и писало «претендентов нет». В 2001 году руководство банка сказало аудиторам, что у него «нет никаких материалов». Материалы нашлись в архиве банка.

Кто сколько получил

Вот руководители банка в годы истории с возвратом имущества и суммы, которые они получили по данным источников:

В 2012 году, когда банк перечислил 9,5 млн шекелей за имущество всех погибших, стоимость вознаграждения одного лишь гендиректора составила 8,181 млн. [2] По расчёту газеты «Глобс», Эли Йонес за десять лет в банке накопил более 200 млн шекелей. [8]

Позиция банка

В финансовой отчётности за 2012 год банк написал, что компания по возврату имущества предъявила денежные требования, «которые банк отклонил». Тем не менее «ввиду важности и деликатности темы и из искреннего и подлинного желания помочь пережившим Холокост» банк с августа 2009 года вёл переговоры с компанией и 4 ноября 2012 года подписал мировое соглашение. Он заплатил 9,5 млн шекелей «не признавая никакой ответственности», «в полное и окончательное урегулирование требований компании или любого другого лица», а компания обязалась возместить банку любые будущие выплаты, связанные с имуществом погибших. [2] В 2007 году банк заявил, что не принимает результаты проверки следственной комиссии. [9]

В отчёте о проверке отмечено, что до 1979 года в банке не было порядка хранения документов и отделения уничтожали старые материалы, освобождая место. Аудиторы не установили, что банк присвоил деньги погибших. Виктор Медина скончался 8 февраля 2026 года. [3] [10]

Открытый вопрос

В 1939 году банк умел записать по каждому вкладчику, в какой стране тот находится. В 2001 году в книгах банка значились 309 акционеров с адресами в Европе или с неизвестным адресом.

Сколько денег потратил банк Мизрахи-Тфахот, чтобы найти их и их наследников?

Искусственный интеллект помогал в поиске источников и в подготовке текста. Каждая цитата сверена с оригиналом; цитаты из документов на иврите даны в нашем переводе. Это не юридическая консультация.